«Мартин бы не одобрил», – мягко отвечает Сэм.
«Он ненавидел бы твою игру», – возвращаю я ему колкий юмор.
А правда состоит в том, что мне ужасно не хватает Мартина, он буквально был мне братом, разве что рождённым от другой матери, и эту связь заменить тяжело, да и вовсе невозможно.
«За тебя, Мартин». Я делаю ещё глоток и передаю фляжку Сэму. Он берёт её и встречает улыбкой, понимая мою боль.
Это весьма уместный момент памяти и вообще очень сердечный миг, ведь несмотря на грубоватый внешний вид и манеры ворчливого гнома, Грэм на удивление мягкосердечен. «За тебя, Мартин», – говорю я, и после паузы продолжаю, прихлёбывая: – «И за моего друга».
«Какого друга?» – вопрошает Грэм с любопытством. Или это зависть?
«За Грэма МакТавиша».
Это очень мило с его стороны. Мы салютуем друг другу, я смотрю на Сэма, благодарный тому, что вот я стою здесь с новым другом, отдавая дань памяти другу прежнему. Жизнь и впрямь штука странная, иначе кто бы мог знать, что я буду поднимать тост за Мартина на вершине горы вместе с человеком, которого повстречал на кастинге в Сохо шесть лет тому назад. Но в Сохо вообще можно наткнуться на всё что угодно. [Сэм. Уверен, это уже не первый раз, когда Грэм что-то подцепил[48] в Сохо – да, знаю, та же шутка во второй раз, но просто не могу удержаться!]
Я решаю рассказать ему, кто был в моей комнате прошлым вечером. «Это физиотерапевт приходила проверить мне спину».
Сэм. Что?
Грэм. Спроси у Мишель [пауза]. Эта волшебная хьюэновская «автоошибка» почти угробила мою спину. В основном потому, что когда я сижу там, то коленки у меня оказываются чуть не за ушами. Врач сказала, что мне нужно делать небольшие перерывы и распрямляться. Ну, или использовать принципиально другой вид транспорта.
Его вздорность веселит меня, я едва сдерживаю смех. Теперь и он начинает хмыкать, и вот уже очень скоро мы оба хохочем во всё горло до колик в животе – на самом верху горы, а Гленн и вся наша команда (кроме Мишель и Джона) где-то там внизу за туманом. Он делает ещё глоток из своей фляжки и передаёт её мне. Виски создан для того, чтобы им наслаждались и делились с другими. По традиции, когда я поднимаюсь на вершину Мунро – одну из 282 гор в Шотландии, чья высота более 3000 (915 м) футов, названных по имени известного шотландского покорителя гор сэра Хью Томаса Мунро, четвёртого баронета (1856–1919), – я достаю небольшую фляжечку виски и поднимаю тост за приключения на её вершине. Люди и место – вот что делает глоток виски действительно особенным и памятным.
Этот глоток с Грэмом незабываем. Несмотря на его хворую спину.