— Мы употребим против него такое же оружие, и таким образом его легче всего будет низложить, — сказал герцог.
— Вы, вероятно, приняли уже какие-нибудь меры?
— Да, я подкупил одного из гвардейцев кардинала, он изменит ему за несколько золотых. Ришелье, кажется, особенно доверяет ему.
— Смотрите в оба за этим солдатом, Гастон.
— Он всегда у нас под рукой, Мармон знает где его найти.
— Как его зовут?
— Жюль Гри, если не ошибаюсь.
— Я бы хотела поговорить с ним при первом случае, Га-стон, нам пригодится этот слуга Ришелье.
— Только с ним надо держаться очень осторожно, ваше величество, он и нас продаст за деньги, так же, как продал своего кардинала.
— Для него деньги дороже всяких партий, чем лучше мы ему заплатим, тем усерднее он будет нам служить. Уж если кардинал держит его для разных секретных поручений, значит, он толковый малый. Этот кардинал замечательно проницателен в выборе своих ставленников.
— Мармон, еще раз приведите ко мне этого Жюля Гри, я его представлю нашему величеству, малый очень проницательный.
В эту минуту вошел камердинер и почтительно остановился у дверей.
Мария Медичи вопросительно взглянула на него.
— Господа де Сен-Марс и де Ту! — доложил он.
— Просить! — величественно приказала королева-мать. Сен-Марс и де Ту вошли и поклонились сначала королеве-матери, потом Гастону Орлеанскому.
Герцог, очень любезно улыбаясь, подошел к ним.
— Здравствуйте, господа! — сказала Мария Медичи. — Я слышала, вы неразлучные друзья. Разумеется, вас связывает общность цели.
— Мы не имеем тайн друг от друга, ваше величество, — ответил Сен-Марс, почтительно поклонившись, — в настоящую минуту у нас одно желание, один план.
— Можно узнать, какой? — спросила королева-мать с ласковой улыбкой.
— Я, кажется, угадываю его, — ответил за них герцог. — Вы здесь встретите полную поддержку, господа.
— В таком случае, — сказал Сен-Марс, — наше желание исполнено. Господин маршал Марильяк уверил нас, что мы можем свободно говорить здесь все, что думаем и что заметили.
— Мы даже просим вас об этом! — вскричал Гастон. Королева-мать поддержала его и прибавила, облегчая переход к главной цели разговора.
— Как здоровье нашего августейшего сына?
— Его величество обычно пребывает в дурном расположении духа, как только у него побывает господин кардинал Ришелье, — ответил Сен-Марс. — Это еще больше убеждает меня в том, что близость кардинала неприятно действует на его величество и тяготит его.
— Позвольте и мне, — прибавил де Ту, — передать слова, сказанные вчера его величеством. Его эминенция явился с докладом. — Ничего не может быть неприятнее, как видеть постоянного обвинителя, — сказал его величество.