Элпью наблюдала, как молящиеся по одному, с опущенными головами преклоняли колена перед алтарем и молились.
С непроницаемыми лицами прошли две монахини, и от их развевавшихся покрывал на Элпью повеяло прохладой. Было жарко, и Элпью ничуть не возражала бы, если б вокруг нее целый день ходили несколько монахинь – эдакий сен-жерменский эквивалент рабов-нубийцев с опахалами.
Следом за монахинями по проходу шла женщина в черном. Она остановилась у одного из рядов и, протянув руку, обратилась к молившемуся мужчине. Тот покачал головой, и она протянула руку, уже подойдя к Элпью.
– Вы не могли бы выделить мне пенсию? Я бедная вдова, и у меня кончились деньги…
– Извини, голубушка, – ответила Элпью. – Я бы с удовольствием, но…
Женщина вытащила из рукава клочок бумаги и вложила его в руку сыщицы. Не поняв толком, как реагировать, Элпью улыбнулась, кивнула и, пробормотав «спасибо», сунула бумажку в карман.
Чуть громче, чем следовало бы в церкви, женщина произнесла «Марк!» и пошла к кому-то другому в последнем ряду.
«Матфей, Марк, Лука и Иоанн, – подумала Элпью. – И сегодня я ищу творение евангелиста Иоанна. Премного благодарна вам, мадам».
Мальчики-алтарники одновременно преклонили колена и удалились в ризницу. Элпью торопливо двинулась по проходу и поднялась по ступенькам, ведущим к книжным полкам. Вытащила первую огромную Библию. На латыни. Элпью поставила ее на место. Еще три на латыни, потом с пометкой. «Дуэйская», [82] которая, к ее радости, оказалась на английском языке. Элпью водрузила ее на специальную подставку, нашла Апокалипсис и стала читать.
Так говорит Первый и Последний, Который был мертв и се жив: знаю твои дела, и скорбь, и нищету (впрочем, ты богат)… [83]
Элпью пожалела, что не может, не привлекая внимания, выписать этот отрывок.
Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, Диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас, и будете иметь скорбь дней десять. [84]
Элпью улыбнулась, скрестила пальцы, надеясь, что скорби и в самом деле продлятся не больше десяти дней, а затем они с графиней благополучно вернутся домой. Домой! Правда, до отъезда нужно еще разгадать одну небольшую загадку, иначе одному Богу известно, что с ними будет.
Знаю твои дела, и что ты живешь там, где престол сатаны, и что содержишь имя Мое, и не отрекся от веры Моей… [85]
Возможно, это зашифрованное описание сен-жерменского двора и того, как все его обитатели последовали в изгнание за королем ради своих религиозных убеждений.
Побеждающему дам вкушать сокровенную манну, и дам ему белый камень и на камне написанное новое имя, которого никто не знает, кроме того, кто получает.